1 Февраля 2012

От «Фауста» Гёте до «Фауста» Сокурова

9 февраля в российский прокат выходит фильм "Фауст" Александра Сокурова – обладатель "Золотого льва" 68-го международного Венецианского кинофестиваля. Это четвертая работа из задуманной «тетралогии власти»:- "Молох" - "Телец" - "Солнце" - "Фауст".

По словам сценариста "Фауста" Юрия Арабова, это тетралогия о тщеславии и гордыни, которые порождают в мире чудовищные явления, особенно если они получают поддержку государства и аппарат усиления в лице государственных институтов и механизмов. "Молох" был написан о судьбе Евы Браун, которая пытается достучаться до сердца Гитлера. "Телец" рассказывает о том, что с помощью болезни возгордившийся человек может опомниться и ощутить себя не мерилом всего, а пересмотреть свою значимость. В "Солнце" прозвучала идея о том, как японский император, отказываясь от своего божественного статуса, дает перспективу не только собственной жизни, но и всей стране. А "Фауст" завершает эти истории о гордыне и зле диагнозом, почему это происходит.

По мнению Арабова, сюжет, положенный в основу пьесы Гёте, интернациональный, так как в каждый культуре существуют понятия добра и зла. Именно это и обуславливает современность "Фауста". Но Арабов хотел показать, как понятие сделки изменилось в наше время. У Гете история о докторе Фаусте - это соблазнение Мефистофелем книгочея, который дошел до сути вещей, но при этом их не узнал. Создатели же фильма делали картину о том, что человек сегодня соблазняет чёрта. По сценарию, Мефистофель - меняла, ростовщик, который входит во взаимодействие с человеком, и на этом пути теряется представление о долге и добре.

Юрий Абрамов рассказал о сложностях с написанием финала. Изначально финал предполагался такой: Фауст становится большим злодеем, чем Мефистофель. Но режиссер Александр Сокуров не одобрил такую концовку, сказав, что ситуация не достаточно острая. Второй вариант финала был такой: Фауст избил Мефистофеля. Юрий Абрамов считал, что такой эпизод будет выглядеть благородно, когда зло падает под стопой человека. Но в итоге Сокуров остановился на варианте забрасывания гигантскими камнями чёрта, который стал по сравнению со злом, воплощенным в Фаусте, совсем крошечным.

Сценарист уверен, что магия кино состоит в том, что конечный результат никогда не известен. Он слагается из усилий многих людей. «Фауст — это картина о разрыве современного человека с метафизикой, - говорит Юрий Арабов. - Картина о том, что современный человек вообще разрывает связи с метафизикой как таковой. Он не верит ни в Бога, ни в чёрта. Если ты веришь в чёрта, то априори предполагается Бог. А если не веришь даже в чёрта, то возникает абсолютная свобода — свобода в поступках, прежде всего — дурных. Сегодня не чёрт соблазняет человека, а человек соблазняет чёрта, причем к чёрту стоит длинная очередь. В итоге, чёрт стал какой-то пылинкой, несущественным персонажем».

«Если фабулу понимать как состав событий, то он более или менее адекватен первой части Фауста. Если под сюжетом понимать смысл событий, то он другой. Александр Николаевич вообще не верит в мистику. Он хотел сделать картину о том, что все зло мира исходит исключительно из человека. Я пытался написать историю о соблазнении чёрта человеком. В итоге получилось третье. Получилась картина о том, что мы не верим ни в Бога, ни в чёрта, мы в своей жизни лишены каких-то основных ориентиров. Мы лишены любви, ответственности, мы лишены вообще связи с небом, и даже, чёрт побери, с адом. Потому что связь с адом - это тоже есть мистическая связь», - считает Арабов.
Теги: Фауст, Сокуров

Смотреть видео

Ссылка для мобильного